[an error occurred while processing this directive]
Сюжетное многообразие
русского медного литья



| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 |

ПРАЗДНИЧНЫЕ СЮЖЕТЫ

В старообрядческом литье большое место занимают праздничные сюжеты. В основном - это образы главных церковных праздников, которые по их количеству (12) называются "двунадесятыми". Более высоким статусом обладает только один праздник Воскресение Христово, так же достаточно полно представленный в древнем литье.

Среди "путевых", носимых на теле во время путешествий икон 16-17 столетий удивительной насыщенностью отличаются "праздничные" образки, где на пространстве нескольких квадратных сантиметров размещаются до двенадцати праздников. Такой же лаконичностью отличались похожие образки, в которых место праздников занимали изображения святых.

Все двунадесятые праздники объединены в створках хорошо известного трехстворчатого складня, отлитого первоначально, вероятнее всего, в медницах Выга. Особенностью этого складня является отсутствие сюжета Воздвижения Креста, вместо которого вставлено Воскресение. Появление этого складня связано с темой иконостаса, который является самой заметной и необходимой частью православного храма. Иконостас - это первое, что бросается в глаза каждому человеку, который входит в православный храм. Это - символ единения земной Церкви, состоящей из живущих на земле верующих людей и Церкви Небесной, в которую входят прославленные Богом святые. Русский человек настолько сроднился с иконостасом, что хотел иметь его при себе и тогда, когда не было никакой возможности побывать в церкви.

Преследуемые властью старообрядцы в течение столетий не имели возможности молиться в настоящих, правильно построенных храмах. Немногочисленные церкви, построенные при трех монархах снисходительно, относившихся к приверженцам старой веры: Екатерине Второй, Павле и Александре Первом, - в правление императора Николая Павловича были или насильственно переведены в единоверие, либо лишены крестов на куполах и колоколов на колокольнях; алтари храмов, не присоединившихся к Единоверию, оставались запечатанными в течение полувека. Старообрядцев, приемлющих священство, выручали так называемые походные церкви, которые представляли собой обширные полотняные палатки, в которых размещались походные иконостасы - деревянные складни, состоявшие из полутора и более десятков створок, изображавших все пять ярусов классического русского иконостаса.

Старообрядцы беспоповцы не нуждались в иконостасе, так как в их молельнях не было алтарей. Отсутствие священников не позволяло служить Литургию, совершать Таинство Евхаристии (Причащения), единственное, которое должно совершаться в алтаре. Однако иконостас был самым сильным напоминанием о утраченной полноте церковной жизни. Любовь к нему была такой непреодолимой, что восточная стена в молельне, в которой не было не только Царских врат, но и вообще никаких дверей, плотно завешивалась иконами, расположенными в каноническом порядке иконостаса.

Первыми складнями-иконостасами стали двустворчатые композиции, изображавшие главную часть иконостаса, местные иконы Спасителя и Божией Матери, которые в стационарном иконостасе помещаются по сторонам Царских врат. Северное происхождение этого складня очевидно: Божия Матерь была представлена древней Новгородской святыней - иконой Знамение, изображение Спасителя заменялось Ветхозаветной Троицей. Наряду с этой лаконичной репликой местного чина иконостаса, появляется трехстворчатый Деисус, который сразу же предстает в достаточно полном виде так называемой "девятки" (собственно Деисус - на среднике и по трое святых на створках) и только потом ограничивается тремя изображениями Спасителя, Богородицы и Иоанна Предтечи, по одному на каждой створке. Трехстворчатый складень с изображениями двенадцати главных праздников становится образом праздничного чина классического русского иконостаса.

Уже в начале 18-го столетия трехстворчатый складень с двунадесятыми праздниками был развернут в так называемые "большие створы". Появляется четвертая створка, на которой изображались сюжеты обретения четырех чудотворных икон, наиболее почитавшихся в Русской Церкви в до-никоновское время. Это обретение Смоленской иконы Божией Матери с избранными святыми ; сретение (встреча) Владимирской иконы с почитаемыми московскими чудотворцами; явление Тихвинской иконы с избранными святыми; и образ Божией Матери Знамение с новгородскими святыми , Створки увенчиваются куполообразными навершиями, в которых размещаются еще четыре сюжета: Распятие с предстоящими, Троица Новозаветная в окружении ангелов; Воздвижение Креста и Похвала Богородицы. Расцвеченные многочисленными эмалями, иногда вызолоченные, эти "большие створы" становились настоящими путевыми иконостасами, которые вместе с молитвами странников впитывали в себя историю огромных староверческих семейств, целых согласий, скитавшихся на огромных пространствах от Австро-Венгерской границы до Восточной Сибири.

Большие створы отливались, наверное, самыми большими тиражами - путевой иконостас хотела иметь каждая старообрядческая семья. Однако до нашего времени в полном четырехстворчатом составе дошли немногие из них. Безбожная власть разрушала даже веками проверенный на прочность уклад старообрядческого семейного быта. Семья разрушалась, сыновья уходили на сторону, и когда умирал последний хранитель семейного иконостаса, складень разбирался на створки, каждая из которых уходила в новую семью. И по сей день во многих семьях, которые едва помнят о своих старообрядческих корнях, хранятся потемневшие, стершиеся почти до полной неразличимости изображений, отдельные створки праздничного складня.

Формы для отливки праздничных складней обычно собирались из отдельных матриц. Поэтому все сюжеты четырехстворчатого праздничного складня, включая навершия, существовали и в виде отдельных отливок. Различие в частоте этих небольших икон связано с различным отношением к праздникам, статус которых в церковном календаре был одинаков. Так, например, праздник Входа Господня в Иерусалим (Вербное воскресенье) терялся в тени Пасхи, которая наступала ровно через неделю после Вербного воскресенья; праздник Крещения (Богоявление) становился незаметным после Рождества Христова и почти двухнедельных Святок с их неизбежным гуляньем. Сравнительно редко отливались сюжеты Введение во храм, Сретение, Вознесение.

Многие праздничные сюжеты появились в литье задолго до того, как стали отливаться имитирующие иконостас складни. Очень трогательны древние иконы Рождества Христова, на которых присутствуют и фигуры склонившихся ангелов и одинокая в своем отстранении от события фигура Иосифа, и лежащая в яслях спеленутая фигурка младенца Христа, над которым склонилась меланхоличная корова. В нижней части иконы изображение круглой купели, в которой совершается омовение Иисуса. Контрапунктом сложной композиции становится Вифлеемская звезда, находящаяся в вверху иконы. В отливках 19-го века появляются волхвы с дарами, а рядом с Иосифом возникает фигура опирающегося на посох старца. Это злой дух, смущающий праведника указанием на необычные обстоятельства появления Богомладенца.

Едва ли не чаще Рождества Христова в медном литье встречается Рождество Богородицы, известное в отливках самого разного размера. Распространенность сюжета связана, вероятно, с тем, что этот праздник (21 сентября по новому стилю) был первым большим праздником церковного года начинавшегося 1-го сентября. К тому же на иконе изображались родители Девы Марии святые и праведные Иоаким и Анна, которые долгое время не имели детей, и которым молились бездетные супруги.

Достаточно часто в медном литье воплощается сюжет Воскресения Христова. Момент Воскресения оказался скрыт от наблюдательного человеческого глаза. Жены мироносицы обнаружили пустой гроб, в котором лежали остатки ткани, в которую было завернуто Тело Иисуса. Поэтому классическая византийская иконография знала только два образа Воскресения: явление ангела женам мироносицам и сошествие во ад. Эти иконографические типы утвердились и в русской иконописи, причем в медном литье первоначально существовал только последний из них. До конца 18-го столетия в медном литье Воскресение Христово воплощалось только в виде Сошествия во ад. Христос изображался стоящим на скрещенных досках поверженных адских врат; он протягивал руку Адаму, возводя вместе с ним из ада души всех находящихся там грешников. К концу 18-го столетия эта иконография несколько усложняется: появляется аллегорическое изображения ада в виде разверстой зубастой пасти; на некоторых отливках помещается изображение трех голгофских крестов.

В 19 столетии в русской иконографии появился пришедший с католического Запада, неведомый ранее образ самого восстающего из гроба Христа, несущего в руках некое знамя и окруженного припадающими к нему ангелами. Иконография Воскресения в медной пластике в это время чрезвычайно усложняется. Над композицией Сошествия во ад размещается латинский образ восстающего Христа. Появляются: ангел, побивающий бесов, апостол Петр, приникший ко гробу, ангелы, находящиеся в нем. Возводимые из ада грешники поднимаются в рай, вход в который стережет поставленный сразу же после изгнания Адама и Евы серафим. В раю превратившихся в праведников грешников дожидаются трое счастливчиков, попавших туда до Воскресения Христова: это ветхозаветный праотец Енох, пророк Илия и благоразумный разбойник Рах.

В нескольких вариантах воплощался сюжет Успения - одного из любимых русских праздников. Даже на самых миниатюрных "вершковых" иконах удавалось поместить и ложе с телом Богородицы, и Христа, принимающего ее душу, и апостолов, прибывших на погребение и шестикрылого серафима, стоящего у входа в рай; изображался и ангел, отекающий мечом руки нечестивого иудея, вознамерившегося опрокинуть одр Богородицы. Наряду с этими миниатюрами во второй половине 19-го века отливались большие иконы Успения, в верхней части которых находились поясные изображения апостолов, переносимых на облаках к месту погребения Богородицы.

Иконография Благовещения в медном литье имеет, по меньшей мере, два извода. В небольших иконках изображаются только Дева Мария и Архангел Гавриил; стремительное движение Святого Духа подчеркивается идущими наискосок штрихами. В иконах большего размера сюжет обогащается изображением склонившегося Бога Отца, восседающего на пышном облаке и благословляющего Марию. Интерьер в этом случае проработан более детально.

Очень интересно воплощение сюжета Крестовоздвижения. Медные иконы с Крестовоздвижением имеют несколько больший размер, нежели другие праздники. В центре - патриарх Макарий, поднимающий (воздвигающий) найденный при раскопках подлинный крест Христов. Его руки поддерживают два диакона. Слева от патриарха - равноапостольный император Константин Великий. Справа - его мать императрица Елена, организовавшая поиски креста.

Столь же красив Вход в Иерусалим (Вербное Воскресенье). В центре композиции Христос, восседающий на осле. За ним шествуют Его ученики - апостолы. Справа - на фоне Иерусалимского храма жители столицы Иудеи с пальмовыми ветвями в руках.

К многофигурным композициям, нашедшим воплощение в литье, относится и Вознесение. Сам вознесшийся Христос изображается в круге, который поднимают четыре ангела. Внизу в рост изображаются апостолы и Божья Матерь.

Сюжет Крещения (Богоявления) является сокращенным изводом типичной иконографии праздника. Иоанн Креститель погружает Христа в воды Иордана; Его встречают стоящие справа ангелы; над ним в облаках Бог Отец и исходящий от него в виде голубя Святой Дух.

Столь же лаконична икона праздника Преображения. В Центре окруженный сиянием Христос с предстоящими пророками Моисеем (справа) и Илией (слева). Внизу - три коленопреклоненных фигуры апостолов Петра, Иоанна и Иакова. Лучи света, исходящего от Христа с немалой физической силой пригибают их к земле.

Достаточно редко встречаются внешне похожие сюжеты Введения и Сретения. Сходство состоит в том, что действие в обоих случаях происходит в Иерусалимском храме и участвует в нем священник. В Сретении это старец Симеон, встречающий Святое Семейство, приносящее в храм младенца Христа. В сюжете Введения священника зовут Захария. Встречает он младенца Марию, будущую Богородицу, которую приводят в храм ее родители Иоаким и Анна.

Православный праздник Троицы воплощается в двух иконографических сюжетах. Во-первых, это - Сошествие Святого Духа на апостолов и Богородицу, событие, которому посвящен праздник. Во-вторых - это Троица Ветхозаветная - три ангела, символизирующие три Ипостаси Божества, явившиеся праотцу Аврааму. Сошествие Святого Духа в старообрядческом литье представлено немногочисленными малораспространенными вне "больших створ" изделиями. Богородица, помещенная в центр иконы, окружена апостолами. Над ней в полукруге изображен Святой Дух "в виде голубине". Здесь видно явное несоответствие канону: согласно книге Деяния Святых Апостолов и канонической иконографии сошествие Святого Духа в Пятидесятницу происходит не в виде голубя, а в виде языков пламени.

Ветхозаветная Троица встречается в большем количестве изводов. В основе каждого из них изображение трех ангелов, сидящих за столом с приготовленной трапезой; на заднем плане стилизованное изображение Мамврийского дуба - характерная деталь этого сюжета. Интересны редкие отливки, на которых ангелы украшены массивными цатами. Возможным первообразом этих меднолитых икон были иконы на дереве, покрытые окладами, на которых цаты были в 17-м столетии обычными деталями. Интересна круглая икона икона, имитирующая панагию, с навершием в виде Спаса Нерукотворного, на которой кроме трех ангелов изображены прислуживающие Авраам и Сарра, а вместе с ними раб, закалывающий агнца, которого подадут на стол.

К праздничным сюжетам следует отнести и Распятия. При этом иконы с изображением распятого Христа встречаются значительно реже отдельных крестов-распятий. Иконография Распятия проста. Помимо самого креста с распятым Спасителем на иконе обычно изображаются четверо предстоящих: Матерь Божия и Святая Мария - слева, Иоанн Богослов и сотник Лонгин - справа. Встречаются редкие иконы с изображением распятия, на которых двое предстоящих изображаются в полный рост, а еще двое в поясном изображении помещаются сверху. Еще более редкими являются распятия вообще без предстоящих.

Очень изящными являются иконы с архаичной формой Распятия с двумя предстоящими, которое окружено десятью круглыми медальонами с поясными изображениями святых: верхний ряд составляет Деисус, ниже - симметричные парные изображения архангелов Михаила и Гавриила, апостолов Петра и Павла; нижний ряд представляет митрополита Алексия, Леонтия Ростовского и преподобного Сергия Радонежского.

К двунадесятым праздником по их значению приближаются 4 великих праздника, из которых три нашли отражение в литье. Это праздники Покрова Пресвятой Богородицы, Рождество Иоанна Предтечи и Усекновение Главы Иоанна Предтечи.

Икона Покрова - изображает видение Богородицы в Влахернском храме Константинополя во время осады города сарацинами. На иконе присутствуют два плана - земной и небесный. В нижней части иконы - изображение храма, молящихся, Блаженного Андрея указывающего своему ученику Епифанию на небо. Здесь же диакон Роман Сладкопевец, получивший от Богородицы дар составления церковных песнопений. Это побочный сюжет, не имеющий непосредственного отношения к празднику Покрова. В верхнем плане - изображение Богородицы, стоящей в окружении лика святых перед Иисусом Христом. В руках она держит омофор (покрывало), который является символом ее заступничества. В медном литье воспроизводится один поздний извод этого иконографического типа. Он отличается тем, что Божия Матерь изображается не в центре, как в древних изводах, а в левой части, вполоборота. Иногда литые иконы Покрова имеют навершие в виде изображения Христа - Царь Царем, Троицы Ветхозаветной или Троицы Новозаветной.

Праздники Рождества и Усекновения главы Иоанна Предтечи объединяются в одной отливке. В верхней части иконы - господь Вседержитель на облаках, слева - Рождество, справа - Усекновение.

| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 |

[an error occurred while processing this directive]